Оборонная промышленность Южной Кореи сталкивается с меняющимися требованиями на поле боя в Эстонии
Корреспондент Хван Чжу Ён
На этой фотографии, опубликованной во вторник, украинский военнослужащий запускает беспилотники DARTS средней дальности в Запорожской области (AFP через Yonhap)
ТАЛЛИНН, Эстония — Оборонная промышленность Южной Кореи вышла на европейский рынок благодаря быстрым поставкам, конкурентоспособным ценам и обширному арсеналу обычных вооружений, но теперь ей, возможно, придется пересмотреть эту формулу, поскольку европейские вооруженные силы смещают акцент в сторону беспилотных летательных аппаратов, средств противовоздушной обороны и других видов вооружений, потребность в которых вызвана конфликтом между Россией и Украиной.
Оборонная промышленность Южной Кореи набрала обороты после того, как российско-украинский конфликт обнажил пробелы, оставшиеся в результате десятилетий сокращения вооруженных сил в Европе после окончания «холодной войны». В то время как многие европейские страны сокращали запасы вооружений и производственные мощности, Южная Корея продолжала разрабатывать и производить танки, артиллерию и ракеты в условиях постоянных военных угроз со стороны Северной Кореи.
Корейские компании смогли помочь восполнить неотложный дефицит боевых возможностей Европы за счет систем, уже находящихся в производстве и способных быть поставленными относительно быстро. В настоящее время Польша, Норвегия, Финляндия и Эстония эксплуатируют самоходные гаубицы K9, а Польша также разместила крупные заказы на танки K2 и реактивные системы залпового огня «Чхонму».
Однако этот первоначальный импульс, возможно, становится все труднее поддерживать, поскольку европейские правительства выходят за рамки экстренного пополнения запасов и переоценивают, какие силы им необходимы на полях сражений, где все больше доминируют дроны и другие беспилотные системы.
Меняющиеся потребности
В начале этого года Эстония отказалась от планов по реализации новой программы по созданию боевых машин пехоты, стоимость которой оценивалась примерно в 500 млн евро (561 млн долларов США), несмотря на настойчивые попытки компании Hanwha Aerospace продать свою машину «Redback» в комплексе с инвестиционным пакетом на сумму около 100 млн евро.
Вместо этого Таллинн решил модернизировать свой существующий парк CV90 и перенаправить ресурсы на другие военные приоритеты.
Это решение не означает, что бронетехника утратила свою актуальность. Эстония продолжает вкладывать значительные средства в традиционную огневую мощь: она уже эксплуатирует корейские гаубицы K9 и заказала реактивные системы залпового огня «Чхонму».
На фотографии, предоставленной южнокорейской армией, запечатлен ракетный комплекс «Чхонму» во время стрельб на учениях (Армия Республики Корея)
Тем не менее этот эпизод показывает, что даже передовая платформа, конкурентоспособные сроки поставки и значительный пакет местных инвестиций могут оказаться недостаточными, если предложение не соответствует меняющимся оперативным приоритетам заказчика.
Оборонный бюджет Эстонии в этом году составляет 2,4 млрд евро, что на 42 процента больше, чем годом ранее, и соответствует 5,4 процента ВВП страны. Около 1,27 млрд евро выделено на оборонные закупки, а на приобретение боеприпасов в период с 2025 по 2029 год запланировано 3,4 млрд евро.
Страна внедряет системы противовоздушной обороны средней дальности, одновременно усиливая системы наблюдения с помощью дронов, средства противодействия беспилотным летательным аппаратам (БПЛА) и средства огневой поддержки большой дальности. Кроме того, изучаются возможности объединения датчиков, беспилотных систем и вооружений в более широкие боевые сети.
Ли Чжун Гон, профессор кафедры оборонного бизнеса Высшей инженерной школы при Университете Конкук, отметил, что корейским компаниям необходимо сохранять свои традиционные преимущества, адаптируя их к новым требованиям.
«Традиционное вооружение, такое как K9 и K2, должно продолжать развиваться в соответствии с новыми тенденциями», — сказал Ли.
По его словам, речь идет не о замене танков и артиллерии беспилотниками, а об интеграции датчиков, средств связи, программного обеспечения и беспилотных систем в существующие платформы.
Посол Южной Кореи в Эстонии Ким Иль Ын тоже указал на фундаментальные изменения в ведении военной операции с момента начала российско-украинского конфликта.
«С момента начала российско-украинского конфликта парадигма сместилась от традиционных боевых действий, ориентированных на огневую мощь, к сложным гибридным войнам», — сказал Ким.
Он сообщил, что Южная Корея недавно представила Эстонии концепцию будущего применения K9 в сочетании с дронами и искусственным интеллектом.
«Вместо того чтобы просто продавать системы огневой мощи, нам нужно двигаться в направлении будущих решений для поля боя, сочетающих ИИ и дроны», — сказал он.
Изменения на поле боя заметны и среди эстонских оборонных компаний.
Компания Milrem Robotics из Таллинна ожидает, что к концу этого года Украина будет эксплуатировать более 200 её автономных наземных аппаратов.
«Самая большая проблема на украинском фронте в настоящее время заключается в том, что снабжение передовых позиций и транспортировка с помощью беспилотных аппаратов стали практически невозможными», — заявил журналистам в Таллинне генеральный директор Кулдар Ваарси, отметив, что беспилотные аппараты всё чаще используются для выполнения логистических задач на расстоянии от 10 до 20 километров от линии фронта.
«Milrem» сотрудничает с «Hanwha Aerospace» в области беспилотных наземных систем, в том числе над гусеничной платформой нового поколения весом около 15 тонн — это один из примеров того, как корейское производство и системная интеграция могут сочетаться с европейскими технологиями, разработанными с учетом потребностей боевых действий.
В диспетчерской штаб-квартиры компании Milrem Robotics в Таллинне (Эстония) видны панели управления и экраны дисплеев. (Объединенный пресс-корпус Южной Кореи в Эстонии)
Что ждет корейскую оборонную промышленность в будущем
Эти изменения носят не только технологический характер.
Эстония также стремится к тому, чтобы закупки оборонной продукции за рубежом способствовали развитию собственной промышленности за счет местного производства, технического обслуживания, технологического сотрудничества и участия в цепочке поставок.
Посол Эстонии в Южной Корее Танел Сепп охарактеризовал Корею как страну-единомышленника, предлагающую альтернативу традиционным поставщикам оборонной продукции, но подчеркнул, что сделки по поставкам оружия по своей сути носят долгосрочный характер.
«Контракты в сфере обороны заключаются на десятилетия», — сказал Сепп, добавив, что они могут стать основой для «гораздо более глубоких и существенных партнерских отношений», выходящих за рамки простой коммерческой сделки.
Для корейских компаний это означает, что сильные стороны, которые помогли им выйти на европейский рынок — массовое производство, конкурентоспособные цены и быстрая доставка — по-прежнему важны, но вряд ли будут достаточными сами по себе.
Профессор Ли Чжун Гон отметил, что следующий этап потребует изменений не только в самом оружии, но и в том, как корейские оборонные компании ведут свою деятельность в Европе, включая более глубокую локализацию и партнерство с зарубежными компаниями.
«Тот способ ведения бизнеса, к которому мы привыкли в Корее, должен стать несколько более европейским», — сказал Ли.
Он также указал на международные инвестиции и поглощения как на возможные инструменты для корейских компаний, стремящихся более прочно закрепиться на зарубежных рынках оборонной продукции.
«Если это необходимо, я думаю, что настало время стремиться к глобальному менеджменту посредством международных слияний и поглощений», — сказал Ли.
Комментарии