Search

Мальчики и лягушки: как Байден может остановить Северную Корею «быть побитым камнями»

Пришло время кардинально изменить мысли, действия и стратегию, чтобы решить ядерную проблему Северной Кореи и превратить Северную Корею в проамериканского союзника.



Сон Ён Гиль, депутат Южной Кореи


Скоро начнется президентство 46-го Президента США Джо Байдена. Это облегчение. За четыре года правления Трампа мир стал свидетелем того, что скрывается за организационным фасадом США. Лозунг администрации Трампа «Сделай Америку снова великой» для меня звучал скорее как «Сделай Америку снова жадной». Я уверен, что правительство Байдена не повторит тех же ошибок, которые были допущены в рамках жадной политики «Америка прежде всего». Я с нетерпением жду значительных изменений в политике США по отношению к двум Кореям при администрации Байдена. Администрация Трампа вызвала трения между Южной Кореей и США, потребовав от Юга чрезмерную сумму денег для покрытия расходов на оборону, и политика его администрации в отношении Корейского полуострова закончилась неутешительными результатами.


Ханой, Сингапур и Иран


Пагубные последствия односторонней внешней политики администрации Трампа, которая, похоже, нанесла ущерб существующим правилам международных отношений, также могут быть подтверждены недавним захватом Ираном южнокорейского химовоза. Захват Ираном южнокорейского судна связан с односторонним нарушением администрацией Трампа ядерного соглашения с Ираном, в котором участвовали постоянные члены Совета Безопасности ООН и Германия, и последующим замораживанием платежей Южной Кореи за иранскую нефть путем введения вторичных санкций. В результате торговля между Южной Кореей и Ираном прекратилась.


Кроме того, ситуация на Корейском полуострове, которая, казалось, быстро прогрессировала благодаря серии межкорейских саммитов и встреч на высшем уровне между США и Северной Кореей и принятию Паньмунджомской декларации, больше не развивалась из-за санкций США против Северной Кореи. Санкции США против Северной Кореи и Ирана сыграли решающую роль в торможении дипломатического прогресса. В этом контексте мы не можем не возлагать большие надежды на новую администрацию Байдена, которая выступает за антитрампизм. По иронии судьбы, захват Ираном большого южнокорейского судна по подозрению в загрязнении морской среды незадолго до инаугурации Джо Байдена может быть попыткой сообщить миру, что Иран, который борется с экономическими санкциями, ожидает иного подхода, чем это было при администрации Трампа.


Совместный всеобъемлющий план действий, более известный как ядерное соглашение с Ираном, был подписан при администрации Обамы. Внешняя политика администрации Трампа, которая привела его к выходу из ядерного соглашения с Ираном, вызвала много споров. Впоследствии был поднят ряд вопросов по поводу приверженности, ответственности и добросовестности США.

Однако США пытались решить ядерную проблему с Северной Кореей - государством, которое провело шесть ядерных испытаний и объявило себя ядерной державой - путем переговоров на высшем уровне. Назначенный советник по национальной безопасности Джейк Салливан, назначенный госсекретарь Тони Блинкен и назначенный заместитель госсекретаря Венди Шерман, лица, работавшие на ядерное соглашение с Ираном при администрации Обамы, должно быть, были удивлены абсурдностью администрации Трампа.

Северная Корея, должно быть, была глубоко обеспокоена действиями Трампа, которые в одностороннем порядке аннулировали международные соглашения с участием всех постоянных членов Совета Безопасности ООН после смены администрации в США. Нетрудно догадаться, как должен был выглядеть выход Трампа из ядерного соглашения с Ираном для Северной Кореи, которая неоднократно заявляла, что соглашения, достигнутые с США, были отменены этой же страной.

Попытка президента Трампа создать новую эру в отношениях между США и Северной Кореей путем решения северокорейской ядерной проблемы посредством саммитов стала действительно глобальным событием, привлекшим внимание международного сообщества. Когда-то он волновал сердца всего народа. До саммита Трампа и Ким Чен Ына лишь несколько западных лидеров встречались с Ким Чен Ыном лично, чтобы обсудить ядерную проблему Северной Кореи.

Задолго до президента Трампа бывший президент Барак Обама предложил идею саммита США и Северной Кореи. Во время президентской избирательной кампании в ноябре 2007 года он сказал, что встретится с лидером Северной Кореи Ким Чен Ира для решения северокорейской ядерной проблемы. Хиллари Клинтон, его тогдашняя соперница, объяснила это заявление «недостатком опыта» в государственных делах. Возможно, именно поэтому Обама оставил ядерную проблему Северной Кореи практически без внимания под лозунгом «стратегического терпения» в течение восьми лет своего правления. Саммит США и Северной Кореи с самого начала даже не предпринимался. Администрация Обамы достигла соглашения с Ираном и нормализовала отношения с Кубой, но бездействовала в северокорейской ядерной проблеме.

В эпоху Байдена политика администрации в отношении Северной Кореи и ее ядерного оружия будет явно отличаться от политики администрации Трампа. Однако Байден также постарается не повторить провал «стратегического терпения» при администрации Обамы, когда он занимал пост вице-президента.

В 2017 году, после инаугурации Президента Южной Кореи Мун Чжэ Ина, я посетил Кремль в качестве специального представителя Президента ЮК в России и встретился с Президентом РФ Владимиром Путиным. Я уже был знаком с Президентом РФ, так как получил Орден Дружбы от самого президента, когда был мэром Инчхона. Поэтому я предложил следующую идею во время моей 50-минутной встречи с Президентом РФ.

"Господин Президент, вы подчеркиваете принцип прямого диалога и мирного урегулирования между США и Северной Кореей. Однако проблема в том, что даже Китай и Россия не встречаются и не разговаривают напрямую с Ким Чен Ыном. Напряжение между Северной Кореей и США может перерасти в войну, но ни один из мировых лидеров не встречался и не разговаривал с Ким Чен Ыном лично. Господин Президент, необходимо направить Министра иностранных дел Лаврова в качестве специального посланника в Северную Корею для участия в диалоге ».

Путин положительно ответил на мое предложение и в итоге направил в Северную Корею специального посланника.

Поначалу Председатель КНР Си Цзиньпин также закрыл глаза на встречу с Ким Чен Ыном. Поездка северокорейского лидера в Пекин произошла после первых контактов между Северной Кореей и США.

Подобно способу решения проблем между людьми, для разрешения конфликтующих интересов между странами, помимо прочего, заинтересованные стороны должны встречаться лично. С этой целью крайне важны усилия по созданию атмосферы, в которой заинтересованные стороны и соседние страны выходят для встреч и переговоров. «Дипломатия мира» Президента ЮК Мун Чжэ Ина во время зимних Олимпийских игр в Пхенчхане в 2018 году является хорошим примером. Мирная дипломатия привнесла мирный настрой на Корейский полуостров и создала почву для переговоров между США и Северной Кореей. Лидеры Северной Кореи и США провели свою первую встречу в Сингапуре в июне того же года после того, как напряженность на Корейском полуострове усилилась из-за «огня и ярости» и разногласий по поводу размера ядерной кнопки каждой страны. По случаю проведения зимних Олимпийских игр в Пхенчхане 2018 года, проводимых президентом Муном дипломатией мира, Корейский полуостров едва избежал кризиса. Таким образом, переговоры носили более исторический и драматический характер. Спустя почти 70 лет после заключения соглашения о перемирии лидер Северной Кореи и Президент США встретились лично. Историческое значение этого саммита так же важно, как и декларация Южной и Северной Кореи от 15 июня 2000 года, когда лидеры двух Корей встретились впервые после 52 лет разделения.

Однако результаты сингапурского саммита подверглись резкой критике не только со стороны республиканцев и консервативных демократов США, но и со стороны южнокорейских консерваторов, СМИ и политических обозревателей. Сингапурское соглашение не было реализовано в деталях, а второй саммит США и Северной Кореи в Ханое в феврале 2019 года завершился без ощутимых результатов. На саммитах не удалось достичь всеобъемлющего согласия по окончательной цели денуклеаризации и претворить ее в жизнь.

В ноябре прошлого года я смог понять провал переговоров в Ханое после более чем часового разговора с тогдашним заместителем госсекретаря США Стивеном Биганом в Вашингтоне. Причина неудачи заключалась в том, что переговоры на рабочем уровне между Ким Хёк Чхолем и Биганом не привели к значимому соглашению. Если углубиться, северокорейские переговорщики, в том числе Ким Хёк Чхоль, не имели полномочий действовать по своему усмотрению. Никакого существенного прогресса достичь не удалось, потому что северокорейские переговорщики опасались, что их могут казнить, если переговоры пойдут в тупик. Решения могли быть приняты только с одобрения Ким Чен Ына.

Переговоры на рабочем уровне между Северной Кореей и США завершились без конкретной договоренности, и все пункты повестки дня были переданы на саммит на уровне руководства. Все мы знаем результаты. Соглашение было нарушено чрезмерными ожиданиями и просчетами с обеих сторон. В частности, слушание дела Майкла Коэна (личного адвоката Трампа) в США стало более важной новостью на протяжении переговоров. Из-за отвлечения внимания президент Трамп потерял желание подписать соглашение. Встреча в Ханое закончилась безрезультатно, несмотря на сопротивление со стороны тогдашнего советника по безопасности Джона Болтона и тогдашнего государственного секретаря Майка Помпео.

Одна из вещей, которую я четко усвоил на переговорах в Ханое, заключалась в том, что все переговорщики из Северной Кореи были всего лишь курьерами для северокорейского лидера. Для справки в будущем, когда дело касается переговоров с представителями Северной Кореи, мы должны иметь дело напрямую с лидером Северной Кореи Ким Чен Ыном и предоставлять документы для переговоров представителям Северной Кореи, чтобы их можно было проанализировать и рассмотреть в Пхеньяне.

Признает ли Байден сингапурское соглашение?

Подобно заявлению Ким Дэ Чжуна и Ким Чен Ира от 15 июня 2000 года, соглашение между Трампом и Ким Чен Ыном в Сингапуре имело символическое значение. Кроме того, в параграфе 3 Сингапурского соглашения говорится, что оно подтверждает Паньмунджомскую декларацию от 27 апреля. Будет ли администрация Байдена признавать и развивать отношения США и Северной Кореи на основе сингапурского соглашения?

Во время своего визита в США в ноябре прошлого года я прочитал мемуары Байдена «Обещания сдержать: о жизни и политике». Это очень помогло мне понять траекторию, философию и мысли Байдена. Думаю, будет полезно угадать направление политики США в отношении Корейского полуострова и Северной Кореи в будущем. Согласно книге, Байден поддерживал политику «солнечного света», предложенного бывшим Президентом ЮК Ким Дэ Чжуна, и в книге есть два впечатляющих момента, описывающих поддержку Байденом этой политики.

Во-первых, это момент, когда президент Буш встречает Байдена после того, как во время саммита называл президента Ким Дэ Чжуна «этим человеком». В книге президент Буш спрашивает Байдена: «Почему ваш друг Ким Дэ Чжун так расстроен?»

(Ниже приведены отрывки из книги)

- Президент Буш наклонился и повторил сцену, которую он имел с президентом Южной Кореи в Овальном кабинете несколькими месяцами ранее, хлопая меня по колену, когда говорил.

«Все, что я сказал ему, это то, что я просто не доверяю этому маленькому коммунисту (имеется в виду северокорейский лидер Ким Чен Ир), который наверху».

- Я протянул руку и похлопал президента по колену.

«Господин президент, вы знаете, о чем он думал, когда вы хлопали его по колену. Он подумал: «Наверно я выгляжу точно так же, как тот маленький коммунист» ... Затем, господин президент, входит Ким Дэ Чжун, и вы, очевидно, бесцеремонно говорите ему: «Хорошо, эта политика «солнечного света» провалилась. Мы выходим». Господин президент, вы его явно смутили. Это поставит его в трудное положение в Южной Корее. Думаю, вот почему он расстроен».


Байден раскритиковал поспешное решение Буша о провале политики солнечного света, так как в нем не учитывалась позиция Южной Кореи как наиболее значительного участника ядерной проблемы Северной Кореи. Для президента Кима замечание президента Буша относительно политики солнечного света можно было восприниматься как недоверие к Южной Корее, подобное его недоверию к Северу, так что в этом не было ни малейшей вежливости или уважения к альянсу.

Второй момент дает нам представление об основных взглядах Байдена на политику в отношении Северной Кореи:

- Мы с сенатором Лугаром говорили о необходимости прямого взаимодействия с Северной Кореей. Мы считали, что единственный способ помешать Ким Чен Ира производить больше оружейного плутония - это начать переговоры, направленные на пакт о ненападении. Это то, чего он действительно хотел. Я очень хотел заставить неоконсерваторов воздержаться от угроз «смены режима», которая оказалась похожей на просьбу католика отречься от Троицы.

В этом отношении, в отличие от того, что президент Буш сказал президенту Киму, я предполагаю, что президент Байден вряд ли скажет «ваша политика в отношении Северной Кореи провалилась при политике администрации Трампа; поэтому мы не будем поддерживать Паньмунджомскую декларацию 27 апреля и саммит в Сингапуре» на его первом же саммите с президентом ЮК Мун Чжэ Ином. Когда дело доходит до дипломатии, Байден придерживается иной точки зрения, чем президенты Буш, Трамп и даже Обама. Он прослужил 38 лет в качестве сенатора и дважды был председателем сенатского комитета по иностранным делам. Также известно, что Байден предпочитает активный дипломатический подход военному давлению и экономическим санкциям.

Поэтому, когда я встречался с американскими демократами, в том числе с конгрессменом Брэдом Шерманом и представителями аналитического центра, во время моего визита в США в ноябре прошлого года, я подчеркнул: «Недостатки политики Трампа в отношении Северной Кореи следует восполнить, но основная ценность и дух саммита в Сингапуре должен быть продолжен предстоящей администрацией США ». Саммит в Сингапуре и Паньмунджомская декларация от 27 апреля взаимосвязаны, и их отрицание вызовет различные опасения между США и Северной Кореей, а также США и Южной Кореей.

Проблема прав человека вызывает серьезную озабоченность всего человечества и требует решения. Однако мы должны воздерживаться от использования этого вопроса в качестве политического инструмента, который используется для нарушения национального суверенитета и свержения правительств, а не для достижения существенных улучшений в области прав человека.

В то время как 10 миллионов человек, включая детей и беременных женщин, страдают от недоедания и таких заболеваний, как туберкулез, пренебрежение их спасением и большее стремление распространять антирежимные листовки – это равно «ставить телегу впереди лошади».

Прошлой осенью в Сеуле я встретил Фрэнка Яннузи, главу Фонда Мэнсфилда, который служил помощником при тогдашнем сенаторе Байдена. Из разговора я мог понять позицию Байдена по вопросу прав человека в Северной Корее. Хочу поделиться несколькими сделанными им замечаниями.

«Байден очень заинтересован в отправке гуманитарной помощи в Северную Корею. Идея Байдена заключалась в том, чтобы назначить специального посланника по правам человека в Северной Корее в соответствии с Законом о правах человека в Северной Корее и взаимодействовать с северокорейскими официальными лицами. Во время президентских выборов в США в ноябре 1999 года я думал, что будет избран Эл Гор. Однако Буш был избран 43-м президентом США и назначил на должность специального посланника не того человека. Специальный посланник потратил миллионы долларов только на то, чтобы посетить Сеул, Южная Корея, и раскритиковал Северную Корею. Он никогда не посещал Северную Корею и не разговаривал с официальными лицами Северной Кореи. Это стыд. Проблема прав человека должна использоваться не только как тема для нападок на Северную Корею ».

Консерваторы и СМИ в Южной Корее, а также некоторые законодатели и общественные группы в США выразили критическую позицию по недавним поправкам к Закону о развитии межкорейских отношений (также известному как закон о запрещении распространения листовок), в котором я участвовал как главный автор. В ответ я разослал письма законодателям как правящей, так и оппозиционной партии США. Я также опубликовал статью на американском веб-сайте «38 North», который специализируется на вопросах, связанных с Корейским полуостровом.

Большинство северокорейских перебежчиков говорят, что распространение антирежимных листовок в военно-демаркационной зоне в стиле «фотоопераций» препятствует притоку внешней информации и коммуникационных усилий в Северную Корею. Причем распространение листовок и флэш-накопителей в Северную Корею через третьи страны не подпадает под действие этого закона. В части 1 статьи 24 закона указано: «Никто не должен причинять вред жизни или здоровью людей или создавать серьезную опасность, совершая любое из следующих действий». Это означает, что наказание применяется тогда, когда такое действие причиняет людям вред. Это тот же стандарт, что и «явная и реальная опасность», установленный Верховным судом США на основе принципа ограничения свободы выражения мнения. В свете этого недавним примером является закрытие аккаунтов президента Трампа в Twitter и Facebook.

Корейский полуостров юридически находится в состоянии войны, и мирный договор до сих пор не подписан. Рассылку антирежимных листовок можно считать актом психологической войны. Как заявил Роберт Галуччи, представитель США на саммите США и Северной Кореи в 1994 году в Женеве, в интервью «Голосу Америки», рассылка листовок в чувствительные районы является вопросом политики правительства Южной Кореи в отношении Севера, и рассылка листовок нарушает межкорейские соглашения. Для США очень опасно принимать решение о политике на Корейском полуострове, основываясь на преувеличенных высказываниях нескольких известных северокорейских перебежчиков, без тщательного изучения мнения правительства Южной Кореи, ее Национального собрания и большинства северокорейских перебежчиков. Я не думаю, что администрация Байдена, которая подчеркивает уважение к альянсу, будет вмешиваться в законодательство Национальной ассамблеи Республики Корея, где свобода выражения мнений и основные права гарантируются так же, как в США. Если правительство Байдена действительно вмешается, это будет внутренним противоречием.

У США есть история политических неудач, особенно в отношении Кубы и Ирака. Они возникли из-за того, что США прислушивались только к избирательным или предвзятым мнениям кубинских и иракских беженцев. В 2003 году, после начала войны на Ближнем Востоке, я посетил Багдад в составе парламентской делегации, чтобы обсудить вопрос отправки южнокорейских войск в Ирак. Во время визита я разговаривал с вернувшимся из изгнания в Ирак политиком Ахмедом Чалаби, которого поддерживало ЦРУ. Однако то, что утверждал Чалаби Ахмад, казалось очень подозрительным. Он только повторил нам те же рассуждения, как попугай, те же самые доводы, которые США привели для оправдания вторжения в Ирак, - например, разработка оружия массового уничтожения, которая позже оказалась ложной информацией. Байден выразил аналогичные мысли в своих мемуарах:

«К сожалению, администрация Буша на самом деле ни с кем в Ираке не разговаривала. Они разговаривали с Ахмедом Чалаби, иракским изгнанником, который сочинял доказательства о жизнеспособности оружейных программ Саддама и внаглую лгал, что его возвращение с американскими войсками будет встречено широким одобрением среди иракского населения. Я слышал шепот, что ось Рамсфельда-Чейни-Вулфовица купила оптом разведку Чалаби ... полагаться на изгнанниа, не имеющего поддержки в Ираке – это глупость ».

Восстановление духа союза Южной Кореи и США основано на общих ценностях.

Один из лозунгов президентской кампании Байдена - «Восстановите душу Америки». Конечно, следует восстановить и дух союза Южной Кореи и США. Корейско-американский союз - это не только экономический и военный союз, но и союз, основанный на общих ценностях демократии, прав человека, верховенства закона и свободного рынка. Новая администрация в США должна быстро отказаться от политики администрации Трампа, которая очерняла альянс, требуя абсурдных расходов на оборону для американских сил в Южной Корее и рассматривая эти силы как наемников, которых можно легко вывести.

Примечательно, что первое официальное мероприятие Байдена после победы на выборах началось с чествования Мемориала ветеранов корейской войны в Филадельфии. Во время моего визита в Вашингтон в ноябре прошлого года Палата представителей США единогласно одобрила резолюцию в поддержку союза Южной Кореи и США. Национальное собрание Южной Кореи также единогласно одобрило резолюцию в поддержку союза Южной Кореи и США на пленарном заседании в декабре прошлого года. Я думаю, что это было возможно, потому что и южнокорейские, и американские политики почувствовали необходимость в срочном восстановлении духа союза Южной Кореи и США.

Что касается вопросов, связанных с Корейским полуостровом, южнокорейцы, как наиболее важные заинтересованные стороны, обладают большим опытом, чем любые эксперты в США. На кону жизни южнокорейцев и национальные интересы Южной Кореи. Следовательно, когда дело доходит до альянса Южной Кореи и США и вопросов, связанных с полуостровом, Южной Корее необходимо взять дело в свои руки, возглавив сотрудничество с альянсом и убедив правительство США понять точку зрения Южной Кореи и следовать ей.

Дух союза Южной Кореи и США часто выражается как «Идти вместе», и, кроме того, я хочу подчеркнуть «разделение ролей». На самом деле улучшение межкорейских отношений и отношений между США и Северной Кореей не может продвигаться вперед одновременно без каких-либо ошибок. Я думаю, что ядерная проблема Северной Кореи должна решаться посредством надлежащего распределения ролей, что создало бы синергию между Южной Кореей и США. Я считаю, что сотрудничество Южной Кореи и США должно строиться с точки зрения независимости, согласно которой Южная Корея сама решает свою судьбу.

С другой стороны, Соединенные Штаты вместе с Советским Союзом не могут быть освобождены от ответственности за раздел Корейского полуострова. США были одним из важных участников холодной войны, и на них лежит историческая ответственность решить последний пережиток эпохи холодной войны: разделение между двумя Кореями. Как и в случае с Вьетнамом, который вёл войну против США с 1965 по 1975 год и превратился в проамериканского союзника благодаря установлению дипломатических отношений в 1995 году, пришло время радикально изменить мысли, действия и стратегию, чтобы решить ядерную проблему Северной Кореи и превратить ее в проамериканский союзник.

В свете этого я хочу процитировать абзац из мемуаров Байдена, в котором он подчеркнул важность осторожное отношения США к подобным впросам. Эта сверхдержава может разрушить любую страну мира, запустив свои ядерные ракеты.

«Я никогда не забуду конец заключительного заявления Энтони Кордесмана, эксперта по военной стратегии и Ближнему Востоку:«Для меня небрежность в отношении этой войны была бы катастрофой. Мне вспоминается цитата (Биона из Смирны), которой около 2000 лет: «Маленькие мальчики бросают камни в лягушек в шутку, но лягушки не умирают в шутку; лягушки умирают всерьез ». Это не игра, и это не то, что нужно решать, сидя в кресле».

Автор Сон Ён Гиль

Писатель является председателем Комитета Национального собрания ЮК по иностранным делам и объединению Кореи. Взгляды, отраженные в статье, являются его собственными. - Ред.


#южнаякорея #корея #политика #общество #севернаякорея #сша #россия #кимченын #кризис #культура #дипломатия #экономика

KOREA HERALD RUSSIAN EDITION
Copyright KOREA HERALD & WS PARTNERS

Operated by WS PARTNERS
All Rights Reserved.

Address: 53 Mapodaero, Mapo-gu, Seoul, South Korea

Tel.: +82-2-6414-8765